Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

lazy

Ways are inscrutable



Отвезли папе книги.

Весна-весна-весна. Свет и трава апрельские, деревья мартовские, голые, костистые, едва сбрызнутые зеленым. Такая теплынь, аж дышать странно.

Сперва перемахиваешь Рейн, потом - Мозель. По крутым склонам в долину скатывается клочьями туман. Внизу крепкий плюс, на перевале - закладывает уши и минус. Последние сто километров из семисот - немецкая сказка, холмы и деревья, над полотном парят ястребы. Дорога туда - на закате, дорога обратно - на рассвете, воздух золотой и звенящий, дорога почти пустая, тут, на Первом шоссе, никогда никого не бывает. В тридцати километрах от Трира - отворот на Гермескайль. Если поехать по нему, увидешь значок с символическим изображением огня. Там - крематорий. Туда мы провожали маму. Я ее трогаю сердцем каждый раз, проезжая мимо - туда и обратно.

Кажется, позавчера было десять лет, как родители уехали в Трир, первый город Западной Европы, в который мы попали. Каменный, звенящий, дождливый, колокольный. Самый старый город Германии - четвертую тысячу лет достаивает. С Домским собором - от римской кладки в основании к почти абстрактным фрескам над входом и роботом, который год назад у врат переписывал Священное Писание - четким готическим почерком, нанизывая бусины черных острых буквочек.

Мы его любим всегда, а особенно весной и на Рождество. Весной он совсем хрустальный, совсем звенящий, когда вызванивает Гангольф или Дом отсчитывает четверти. Мы к нему привыкли.

В Трире весна, и повсюду весна. На обратном пути встретили штук пять коневозок - сезон начался. Летом они будут попадаться через каждые десять километров.

Обратный путь начинается с тех самых ста километров по единичке, с привычным уже сердечным перебоем у выхода на Гермескайль, несколько переходов - и наконец, Виа Каролина, старая дорога, 450 км до самой Праги. В пустом Розвадове проезжаешь значок "Чешская республика", сбрасываешь скорость до позволенных 130, смотришь на золотой свет на зеленых холмах впереди, на обломанный зуб старого замка далеко на горе.

Зима ушла.
lazy

20 дней без войны

Воспользовалась папой, чтобы посмотреть наконец "20 дней без войны". Германа лучше в правильной компании смотреть.

Интересно, что в русской википедии по поводу фильма, кроме списка ролей, сказано только, что ради съемок взрывали замок Рагнит, чем сильно, даже необратимо ему навредили. Само по себе ужас, конечно. Но забавно, что больше по поводу фильма сказать нечего.

А с другой стороны, как про него напишешь.

на память:

- папа рассказывал где-то прочитанное интервью с Германом: поезд, в котором велись съемки, самый настоящий, на нем ехали, в нем и снимали, волоклись по Средней Азии, изнемогая. Герман всех придирками задолбал до полной невозможности, он тяжелый режиссер. На каком-то полустанке в него плюнул верблюд, очень точно. Группа праздновала, почти как новый год.

- воспоминания о Сталинграде, те самые, в которых взорвали стену замка, сделаны звуком так, как рисуют или снимают, в какой-то момент возникает почти синестезия: гармоника, за которой не слышно никаких разговоров, потом громкое: "У меня там затвор заедает, кнопочка тугая", потом гармоника исчезает, и свистит снаряд, а потом слышно, как шуршат и потрескивают камушки, а грохота нет. Четыре мазка кистью, и каждый блик на месте, и весь объем тут.

- в какой-то момент кажется, что туда собрались всякие прочие герои. Мальчишки, которые перевыполнили план и которых парторг, отдуваясь, поднимает на руках, запросто могли бы быть ликстановскими Малышком и Севой; женщина с часами и Вадик, серьезный, в очках - Зося и Алик Штубы, а муж ее, который ушел в рейд на немецкую территорию, а ей часы прислал, а теперь не пишет четыре месяца - запросто Штуб, и очень даже может быть.

А сам Лопатин, когда лежит лицом вверх в траве и считает взрывы ("Если сейчас три взрыва - и тишина, то все в жизни будет хорошо. У меня, и у нее тоже"), а потом расплывается улыбкой - удивительно похож на норштейновского ежика в тумане.
lazy

Pussy Riot Czech Style

Поди, только ленивый из чехоживущих не перепостил этот ролик. Группа активистов прошла в кафедральный собор св. Витта и спела хорал св. Вацлаву с требованием прогнать нафиг нынешнего архиепископа и премьера. Дело в том, что нынешний премьер собирается отдать Церкви все ее здания, а взамен снять с госдотаций. Чехи - самый, как известно, атеистический народ Европы - сильно обиделись на такой барский жест (как известно, пенсии, скажем, в Чехии отнюдь не немецкие, скажем, и старикам тут часто непросто) и теперь буянят. И так тоже. В частности, в конце видео можно увидеть, как они агитируют полиса - объясняют, что они не против верующих, а против зарвавшихся клерикалов (не видели вы зарвавшихся клерикалов).

Естественно, были отпущены с устным предупреждением. Очень трогательно попрощались с полисом - спасибо, всего хорошего, до свидания.
Collapse )
lazy

Для a_str: Пругонице


До Пругоницкого парка добираются так: покупают в автомате билетик за 32 кроны, едут на метро до станции Опатов, а там, показав билетик водителю, садятся на автобус 363 или 385 и через пятнадцать минут выходят на станции "Пругонице". Если не повезло, автобуса можно прождать почаса, но большей частью интервал не превышает 15-20 минут. В будни народу там мало, в выходные - больше, так что даже на огромной территории все время кого-нибудь да встречаешь. Особенно с апреля по июнь, когда цветут рододендроны.

Туристы в парке водятся, но не очень много, по преимуществу все-таки чехи.

Парк расположен при Пругоницком замке - небольшом, но очень симпатичном замке над рекой Ботич, первые упоминания о котором относятся к 13 веку. Замок пережил множество людей, смертей и войн, в нем обитали благородные рыцари и умные иезуиты, его разграбили в Тридцатилетнюю войну, его разрушали и перестраивали, и последним из перестроителей и устроителей был граф Эрнест Эммануэль Сильва-Тарукка. который переменил судьбу Пругониц как ветхого и обаятельного частного владения.

Сильва-Тарукка - знаменитая португальская семья, одна из ветвей которой поселилась в Австрии, а позже частично перебралась в Чехию. В 1885 году в возрасте 26 лет Э.Э. женился на Марии Антонии, урожденной графине Ностик-Риенек, семье которой принадлежал Пругоницкий замок и прилегающие земли. Э.Э. спрокетировал и заложил огромный парк в английском стиле, основываясь на уже взрослых деревьях, росших на территории замкового парка. Альпинарии, террасы, водопады, тропинки, искусственно вырытые пруды и озера - все это вынашивалось и воплощалось шаг за шагом, вдумчиво и скрупулезно; докупались и присоединялись новые земл; в итоге площадь парка достигла 200 га (а сейчас уже 250 га). Он очень любил эту землю и страстно любил деревья. В 1909 году Э.Э. пригласил знаменитого дендролога К.Шнайдера и с его помощью создал Дендрологический союз, который занимался проектированием и разбивкой садов на экспериментальном семенном материале, ввозимом со всех концов света. Тогда была заложена знаменитая дендрологическая (шишек и семян хвойных пород) коллекция, которая ныне принадлежит Ботаническому Институту АН Чехии и считается третьей в мире.

Несмотря на то, что основная часть работ была завершена еще до первой мировой, к 1927 году дела Сильвиа-Тарукка пошатнулись настолько, что он решил продать и замок, и парк министерству сельского хозяйства Чехословацкой республики. Сам он остался при парке и по прежнему отдавал ему все силы и свободное время. Он умер в 1936 году, и мемориальные таблички с его именем можно встретись в самых дальних закоулках сада.

Коллекция рододендронов Пругоницкого парка насчитывает более 200 видов, большАя часть из них была выведена еще Сильвиа-Таруккой. С 1970 года в Пругоницком замке живет Ботанический Институт АН. Коллекция ирисов также известна во всем мире (а я не весь мир, поэтому не знала и не ездила туда в положенное время - есть теперь дело на будущий год).

Сейчас там цветет все, просто все, и временами почти задыхаешься от почти вязкого запаха рододендронов, пионов и магнолий. Там удивительно хорошо и спокойно даже в выходные. Говорят, что он прекрасен осенью - в это легко поверить, и мы, я думаю, ближайшей же осенью это проверим. неловкие фотографии мои под катом; но вообще, если вы в Праге не на три дня и любите английские парки, Пругонице is a must.
Collapse )
lazy

Себе на память

Вчера у собора Святого Витта, подловил меня Стр, и ужасно мне нравится, как он меня подловил. Так что забираю и кладу под кат, кому не интересно - не ходите, я не обижусь :)

А сегодня уже стриженная, то есть совсем другая. Но про это снимков нету. А послезавтра к морю.

Collapse )
wings

(no subject)

Единственная зацепившая почему-то фраза из совершенно ни уму, ни сердцу не пришедшейся книги Кузнецова:

Две девочки, играющие в принцесс и не знающие о скором конце советской империи. Конечно, они думали -- это замок. Они просто не знали слова "храм".
lazy

О эти губы, и глаза...

Вчера вечером в моем дворе остановилась белоснежная вылизанная "волга". Из "волги" вылез граф Толстой в специальном заношенном комбинезоне и монтажном шлеме и задумчиво наблюдал, как к нему спешит Шуйская, волочащая автомобильный аккумулятор.

Рукава засучены, уши шлема задраны, чтобы не притуплять высочайший слух, ключ вставлен в замок, капот открыт... Взмах рукой, поаворот ключа, один, второй... машина покорно щелкает втягивающим, но на этом все и заканчивается.

Разбуженная от недельной подснежной дремы дерганием втягивающего, машинка решила все-таки разлепить фары и посмотреть, какое сейчас время суток, что ли...

И увидела Толстого.

- Ой! - сказала машинка.

- Мама! - сказала машинка.

- Да это же была шутка! - сказала машинка.

- Ну честное слово! - сказала машинка, старательно крутя стартер.

- Ну вот видите! - облегченно пропыхтела она через глушитель, заведясь и с опаской гляда на Толстого. Толстой стоял, распрямившись в полутьме двора, гордо сложив на груди руки, и слегка улыбаясь, пронизывал машину взглядом. Машина тяжело дышала и содрогалась.

Моя машина несомненно женского рода.